Что такое деофшоризация: это… Меры по деофшоризации российской экономики :: BusinessMan.ru

Содержание

В чем смысл деофшоризации? | InternationalWealth.info

Деофшоризация – очень популярное слово, ставшее трендом в оффшорной индустрии и международном бизнесе за последний год. Об этом процессе говорили и раньше, однако поразительные изменения начались именно в 2013 году и продолжаются по сей день.

Если кратко, то деофшоризация это политика, направленная на уменьшение зависимости экономики от офшорных зон, так же, как и увеличение прозрачности при работе с низконалоговыми юрисдикциями. Деофшоризация направлена на то, чтобы деньги, заработанные в конкретной стране либо остались в ней же, либо ушли, но после уплаты всех необходимых налогов.

Деофшоризацию можно разделить на несколько частей, каждая из которых работает на своем уровне и со своим направлением. Например, одно направление – уплата налогов. Офшоры исторически использовались для того, чтобы оптимизировать налогообложение и вывести прибыль за кордон, даже если при этом не нарушался ни один закон. Сегодня, когда правительства стонут от недостатка налоговых сборов, такие официальные лазейки стараются прикрыть, заявляя, что через них слишком много уходит «черных» денег.

Но сами по себе сборы налогов не всегда могут сработать, особенно, если прибыль забирает иностранная компания. И поэтому деофшоризация затрагивает второй пункт – прозрачность. Чиновники требуют, чтобы всегда было известно, кто является истинным владельцем (бенефициаром) той или иной компании. При этом в стране могут быть приняты законы (или находится в стадии разработки, как в России), которые позволяют облагать налогами тех, кто на самом деле является гражданином конкретной страны, но владеет иностранным предприятиям по тем или иным причинам. Это называют законом о контролируемых иностранных компаниях.

Третий пункт деофшоризации – это отчетность. В связи с тем, что местный бизнес работает с иностранными субъектами, ему приходится вести дополнительную отчетность, чтобы показать легальность своей деятельности, правдивость доходов и расходов, показать с каких сумм уплачиваются те или иные налоги. Разумеется, отчетность была всегда, но именно с активным введением деофшоризации (как в России, так и во всем мире), количество необходимых документов сильно возросло.

Смысл всего этого мероприятия – деофшоризации – в том, чтобы снизить количество финансовых и экономических преступления (черный рынок, отмывание денег, уклонение от налогов, взятки). По крайней мере это официальная причина. Но по факту, главная причина кроется в том, что у правительств не хватает денег и существует огромное желание контролировать финансовые потоки во всем мире.

Если приглядеться к прошедшим годам, то станет ясно, что офшоры работают достаточно долго, чтобы понять, что через них проводят и нелегальные операции в том числе. И было огромное количество времени, чтобы изменить законодательную базу и сделать их просто удобным, но контролируемым инструментом. Однако, пока в мире не было кризиса, никого это не интересовало.

Теперь же, когда экономика почувствовала приближение второй волны кризиса, чиновники зашевелись. Налоговые сборы падают, социальную сферу финансировать нечем, денег нет. А значит нужно срочно где-то их найти.

Америка ввела закон FATCA, который имеет влияние на весь мир. Он заставляет иностранные банки докладывать о счетах американских граждан в налоговую службу США, а если банк этого не сделает – будут жесточайшие санкции

Деофшоризация российской экономики. Доклад | Изборский клуб

1. Введение

Российская экономика имеет «офшоризированный» характер. Большая часть крупных и средних российских предприятий используют офшоры в своей деятельности. При этом многие предприятия – российские резиденты непосредственно или косвенно (например, через вторые, третьи предприятия) тесно аффилированы с офшорными компаниями.

В настоящем докладе подробно анализируется масштаб использования офшоров и вред, ими приносимый, вскрываются истинные причины сложившегося положения и обосновываются основные направления необходимых деофшоризационных мер.

Деофшоризация – это снижение роли офшорного фактора в российском бизнесе, то есть 1) уменьшение количества офшоров, используемых российским бизнесом; 2) уменьшение в количественном и стоимостном выражении товарных и денежных потоков, проходящих из России и в Россию через офшоры.

Для решения задачи деофшоризации потребуется разработать и внедрить в российское законодательство комплекс мер, создающих условия, при которых российский бизнес будет вынужден снизить до достижимых пределов (а в идеале – минимально необходимых в силу объективных причин пределов, устанавливаемых регуляторами) использование офшорных институтов и в значительной степени перейти в российскую юрисдикцию.

Для того чтобы правильно определить направление и состав необходимых для решения задачи деофшоризации мер, прежде всего, необходимо выявить причины, заставившие российский бизнес уйти в офшоры. После этого следует, во-первых, устранить или минимизировать влияние этих причин; во-вторых — создать стимулы для возвращения бизнеса из офшоров в Россию. Эти две существенно различающиеся задачи придется решать с учетом возможностей российского государства.

Среди главных причин ухода российского бизнеса в офшоры многими экспертами выделяются следующие: плохой инвестиционный климат; несовершенное законодательство; плохая судебная система; незащищенность прав собственности; неразвитость фондового рынка и вообще плохие условия для бизнеса в России. Для устранения этих причин предлагаются меры по деофшоризации: улучшить, совершенствовать, развивать, сильнее защищать соответственно. В частности, ставятся задачи: упрочения демократических институтов; обеспечения соблюдения законных прав и свобод граждан; реализации принципов правового государства; устранение чрезмерного вмешательства государства и чиновников в экономику; искоренение коррумпированности госаппарата и так далее. В общем, предлагается создать настолько хорошие условия, что российские капиталы сами вернутся на родину и деофшоризация наступит «сама собой». Очевидно, что на устранение отмеченных причин ухода бизнеса в офшоры потребуется не один десяток лет, а желаемый эффект от предлагаемых мер наступит не ранее 10-15 лет. То есть — уже после истощения запасов высокорентных месторождений углеводородов, на экспорте которых держится вся российская экономика. При этом шансы на реализацию столь амбициозной программы невелики. Либертарианское экспертное сообщество России в докладе «Сценарии для Российской Федерации» обозначило три неблагоприятных сценария экономического, социального и политического развития нашей страны. При этом третий сценарий предполагает падение цен на нефть до 60 долл. за баррель с соответствующими драматическими последствиями. Показательно, что глава российской делегации Д. В. Медведев не согласился с пессимистичными выводами экспертов, заявив: «полностью уверен: ни один из этих сценариев не будет реализован[i]». Тем не менее, участвовавшие в опросе эксперты во многом «определяют погоду» в научно-аналитическом обеспечении социально-экономической политики России. Поэтому весьма высока вероятность проведения деофшоризации российской экономики по их рецептам.

В настоящем докладе показывается, во-первых, несостоятельность политики деофшоризации, основанной на устранении причин ухода бизнеса в офшоры, обусловленных недостатками инвестиционного климата в России и, во-вторых, невозможность возвращения российских капиталов из заграницы только путем улучшения условий для бизнеса в России. При этом, бесспорно, достижение такого улучшения и необходимо, и весьма желательно для перехода экономики России на инновационный высокотехнологичный тип развития, проведения новой индустриализации и перехода в группу высокоразвитых стран.

Во-первых, и законодательство, и суды, и защищенность собственности, и в целом условия для бизнеса в России лучше, чем во многих и многих других странах, привлекавших и привлекающих иностранных инвесторов.

Во-вторых, офшорные государства предоставляют, как правило, компаниям, зарегистрированным в их юрисдикции, исключительно выгодные условия деятельности, такие как: 1) анонимность создания, владения и управления компанией; 2) освобождение от уплаты налогов; 3) практически полное отсутствие государственного регулирования; 4) защиту от проверок и расследований, проводимых налоговыми, и правоохранительными органами других стран, а также от наложенных судебными и административными органами санкций. Ни Россия, ни любое другое неофшорные государство, таких условий своим компаниям никогда не сможет предоставить.

Поэтому надо, конечно, совершенствовать законодательство и работу судов, защищать собственность, улучшать инвестиционный климат, развивать фондовый рынок. Но задачу деофшоризации этими мерами не решить.

Авторы настоящего доклада считают, что главной причиной ухода бизнеса в офшоры являются конкурентные преимущества, связанные с использованием офшоров. Компания, не использующая офшоры, проигрывает своим офшоризованным собратьям. Бизнес вынужден на том или ином этапе своего развития уходить в офшоры просто для того, чтобы сохранить конкурентоспособность.

В докладе подробно анализируется вред офшоров, антиофшорный опыт развитых государств и международных организаций, а также причины, по которым, несмотря на всемирную и всемерную борьбу с офшорами, офшорный бизнес бурно развивается все последние десятилетия.

В последнем параграфе обосновывается комплекс мер, реализация которых позволит уменьшить офшорный фактор в российской экономике.

2. Использование офшоров и вред, ими приносимый

Использование офшоров в бизнесе дает многочисленные преимущества. Но все их можно свести к трем основным :

— Обеспечение непрозрачности (скрытости), в том числе анонимности, владения офшорной компанией и получаемых благодаря этому доходов и иных выгод;

— Возможность платить очень низкие (или вообще не платить) налоги на операции, причем осуществляемые не только в офшорных, но и неофшорных юрисдикциях как самими офшорными компаниями, так и аффилированными с ними или их бенефициариями компаниями – резидентами неофшорных стран;

— Выход на международные рынки дешевых длинных денег.

Вследствие многочисленности форм, видов и способов применения офшоров в коммерческом обороте, в зависимости от контекста, вкладывается разное значение в офшорные термины. Некоторые понятия требуют расширения своего содержания.

В настоящем докладе термины употребляются в следующих значениях:

Офшор (офшорная компания) (англ. off-shore — вне берега) – юридическое лицо, зарегистрированное за пределами российской юрисдикции, пользующееся прямо или опосредованно существенно более льготным в сравнении с российским налоговым режимом и/или возможностью анонимного владения и управления.

Такое расширительное толкование связано с тем, что кроме офшоров, зарегистрированных в классических офшорных юрисдикциях — Британских Виргинских островах (БВО), Белиз, Панама и пр., к офшорным необходимо относить и компании, зарегистрированные в так называемых «налоговых гаванях» – Кипр, Гибралтар, Гонконг, Лихтенштейн, Люксембург и пр. Также следует выделить такие респектабельные юрисдикции как Нидерланды, США, Великобритания, Швейцария. Например, в Великобритании существует такой вид юридического лица, как партнерство с ограниченной ответственностью (англ. Limited Liability Partnership, LLP), не являющееся субъектом налогообложения. Как правило, обоими партнерами такого LLP являются классические офшорные компании. Таким образом, ни само партнерство не платит налоги, ни партнеры, его образующие. Номинальный сервис для LLP обеспечивается в полном объеме.

К опосредовано пользующимся налоговыми льготами можно отнести, например, английскую компанию с ограниченной ответственностью (Ltd.), действующую в паре с классическим офшором на основании агентского договора. Такая английская компания (агент) участвует в обороте от своего имени, но в пользу своего офшорного выгодополучателя (бенефициара). По оценкам экспертов, большинство английских компаний, потерявших свои деньги в кипрских банках, являются или LLP, или агентскими Ltd и принадлежат россиянам.

Практика использования офшоров в бизнесе велика и разнообразна. Всего насчитывается несколько десятков схем наиболее популярных налоговой, инвестиционной и корпоративной оптимизации. Офшоры используются для манипуляций с ценами при трансфертных операциях, для создания холдинговых структур, для вывода из-под налогообложения прибыли, для инвестирования и кредитования, в том числе для самоинвестирования и самокредитования, для страхования и перестрахования, для учреждения трастов и передачи им имущества для защиты от обращения на него взысканий, для работы по агентским и комиссионным схемам, для лизинговых операций, для оказания транспортных услуг, для владения коммерческими судами и частными яхтами, для участия в строительстве, для производства товаров из давальческого сырья, для владения объектами интеллектуальной собственности и выплаты лицензионных платежей, а то и просто в качестве «кошелька», свободного от валютного контроля.

Внешняя легальность этих схем обеспечивается непрозрачностью. В абсолютном большинстве случаев при раскрытии реальных владельцев и управляющих системы офшорных компаний и их взаимосвязей, а также денежно-товарных потоков между ними, становится возможным доказать, что эти схемы противозаконны и подпадают под санкции, предусмотренные и российским, и зарубежным законодательством для притворных сделок, трансфертного ценообразования и уклонения от уплаты налогов (включая страховые взносы и таможенные пошлины), а также для нарушения правил валютного регулирования и валютного контроля.

Поэтому офшорные государства совсем не стремятся раскрывать сведения о реальных владельцах и выгодоприобретателях зарегистрированных у них компаний. И, соответственно, основной способ борьбы с офшорами, используемый в настоящее время, это обеспечение раскрытия информации о реальных владельцах и управляющих офшорных компаний посредством заключения соглашений об обмене налоговой информацией с офшорными государствами (естественно, под угрозой применения санкций со стороны неофшорных или менее офшорных юрисдикций).

Офшоры используются и для криминальной деятельности, в том числе, для отмывания доходов и финансирования терроризма. По оценкам Международного валютного фонда, общемировой объем отмываемых денег составляет 2 – 5% мирового ВВП[ii]. По данным ООН, ежегодно в мире легализуется 400 — 450 млрд. долл., в связи с чем ООН даже объявила «отмывание грязных денег» врагом общества номер один[iii]. За пределы страны ежегодно незаконно вывозится более 50 млрд. долл., что вполне сопоставимо с государственным бюджетом России (см. Приложение). По тем же расчетам за постсоветский период за рубеж было вывезено более 480 млрд. долл. – и это только перемещенных по криминальным цепочкам.

Различные эксперты дают различные данные об объеме мировой торговли, проходящей через офшоры, и о величине капиталов, аккумулированных в офшорных юрисдикциях. По данным ЦСА РАН в 2010 г. стоимость глобальных активов под управлением финансовых институтов в офшорах составляла 7,8 трлн. долл., т. е. 6,4 % глобального мирового богатства, которое оценивалось в 121,8 трлн. долл.[iv]. Эти данные носят оценочный характер ввиду непрозрачности офшорного бизнеса. Но очевидно, что офшоры играют гигантскую роль в мировой экономике. Так, например, из ста британских компаний с наибольшей капитализацией, включенных в листинг Лондонской фондовой биржи, лишь две не пользуются офшорами. Остальные имеют более 8 тыс. дочерних структур в офшорах по всему миру. 83 из 100 крупнейших американских корпораций, акции которых обращаются на бирже, имеют дочерние компании в офшорах[v]. Бизнес транснациональных корпораций построен на офшорах.

Из развитых государств Россия по масштабам использования офшоров впереди планеты всей. Большая часть экономики России так или иначе завязана на офшоры. Оценки разнятся, но практически весь крупный и средний бизнес использует офшоры. Многие мелкие компании (даже те, которые никак не связаны с международной торговлей), приобретающие на внутреннем рынке все необходимые им товары, материалы, комплектующие, ресурсы и на внутреннем же рынке реализующие свои товары/работы/услуги, стремятся стать «международными». То есть стремятся учредить за границей компанию и построить на ней корпоративную цепочку и/или оформить на нее право собственности на основные средства и/или выплачивать ей роялти за пользование товарными знаками.

Использование офшоров российским бизнесом причиняет огромный вред интересам Российского государства.

Анонимность владения и управления офшором используется для криминальной деятельности, в том числе, для уклонения от уплаты налогов, коррупции и финансирования терроризма.

Налоговая оптимизация корпоративной структуры российских предприятий и их товарных потоков с использованием офшоров приводит к недобору налогов в бюджет РФ.

За границей Российской Федерации регистрируется собственность, проводятся сделки, берется заёмный капитал, разрешаются споры в арбитраже и судах, размещаются акции. В том числе — промышленных предприятий регионального и общегосударственного масштаба, продукция которых имеет важное значение для экономики и/или обороноспособности страны, а деятельность этих предприятий оказывает существенное влияние на социальную обстановку (например, градообразующие предприятия). Это напрямую затрагивает интересы государственной безопасности.

Российские предприятия, не пользующиеся офшорными налоговыми преимуществами и не имеющие выхода на зарубежный фондовый рынок, как и доступа к дешевым и длинным кредитам, находятся в дискриминируемом положении по сравнению с «офшоризированными» конкурентами.

Зависимость российского бизнеса от заграницы не только корпоративная, но и финансовая. Многие предприятия набрали длинных дешевых кредитов, заложили все свои основные средства и свои акции. С одной стороны, Россия обладает значительными золотовалютными резервами и относительно небольшим государственным долгом. Но с другой стороны, существует очень большая задолженность частных предприятий перед иностранцами. Корпоративный долг перед иностранными инвесторами не суверенен, частные заёмщики отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Значительная часть российских основных средства производства – заводы, фабрики, шахты, суда, самолеты и т.д. – заложена нерезидентам.

Внешний государственный долг России, по данным ЦБ РФ на 1 января 2013 г., составляет около 60 млрд. долл. — 3% российского ВВП[vi]. Это очень низкий показатель даже для развитых и благополучных стран. Незначительный государственный долг является результатом проводимой российским государством в течение двухтысячных годов экономической политики.

Частные предприятия, организации, коммерческие банки, в том числе с государственным участием, действуют по принципу «займем не глядя». Кризис 2008 – 2009 гг. поставил крупных должников на грань банкротства, но не отрезвил их. Они продолжают набирать все больше и больше[vii].

Внешний корпоративный долг превышает государственный долг почти в пять раз и стремительно растет. По данным ЦБ РФ на 1 января 2013 г., составляет 564 млрд. долл., из которых долги коммерческих банков – 208 млрд. долл., а остальных предприятий и организаций – 356 млрд. долл.

Большую часть внешнего корпоративного долга составляют ссуды и займы. Задолженность по ссудам и займам российских банков уже превысила 100 млрд. долл., а предприятий и организаций 232 млрд. долл.[viii].

Хотя государство и не отвечает по долгам частных компаний, в критических ситуациях оно оказывает им помощь. В период кризиса 2008-2009 гг. государство предоставило огромные, измеряемые миллиардами долларов, кредиты Сбербанку, Банку ВТБ, Газпромбанку, Газпрому, Роснефти и другим крупным компаниям.

Внешние заимствования производятся и путем выпуска корпоративных облигаций, в том числе, европейских облигационных займов. Российские компании, из которых больше половины крупнейших должников — компании государственным участием, выпустили корпоративных облигаций на 90 млрд. долл.[ix].

Выплаты по долгам растут. В последние годы выплаты по внешнему долгу составляют уже значительную долю ВВП.

Вред офшоризации российской экономики состоит не только в огромном недополучении налоговых доходов. Не менее серьезны угрозы утраты государственного контроля над стратегическими активами в ТЭКе, металлургии, машиностроении, оборонных производствах, потеря управляемости экономикой и снижение обороноспособности страны.

3. Задача и цели деофшоризации

В Указе № 596 от 7 мая 2012 «О долгосрочной государственной экономической политике» Президент Российской Федерации В.В. Путин поручил Правительству Российской Федерации «обеспечить до конца декабря 2012 г. реализацию мер, направленных на повышение прозрачности финансовой деятельности хозяйственных обществ, включая противодействие уклонению от налогообложения в Российской Федерации с помощью офшорных компаний и фирм-однодневок». В Послании Президента Федеральному Собранию от 12 декабря 2012 года это поручение было дополнено и значительно расширено. В.В. Путин решил, что «нужна целая система мер по деофшоризации нашей экономики» и поручил Правительству «внести соответствующие комплексные предложения по этому вопросу». При этом он акцентировал внимание на двух направлениях деофшоризации экономики России.

Во-первых, Президент РФ подчеркнул, что «нужно добиваться прозрачности офшоров, раскрытия налоговой информации, как это делают многие страны в ходе переговорного процесса с офшорными зонами и подписания соответствующих соглашений».

Во-вторых, он наметил несколько направлений работы по улучшению инвестиционного климата в России и обеспечению привлекательности российской экономики для российских и международных инвесторов. Это: 1) исправление недоработок в судебной системе, в нормотворчестве, в практике применения законов; 2) отказ от обвинительного уклона в правоохранительной и судебной практике; 3) исключение из системы права зацепок, позволяющих превращать хозяйственный спор в сведение счётов при помощи заказных уголовных дел; 4) повышение ответственности сотрудников правоохранительных органов за фальсификации и т.д. Им была сформулирована установка: «лучший способ сделать бизнес патриотичным – обеспечить эффективные гарантии защиты собственности и выполнения договоров, сделать привлекательной российскую юрисдикцию».

Авторы доклада считают что создание хорошего инвестиционного климата в России очень важно и в первую очередь – для нормального развития российского бизнеса. Что касается решения задачи деофшоризации, то повышение привлекательности России для иностранных инвесторов также полезно и актуально, если речь идет о законопослушных гражданах и организациях, в особенности — для резидентов развитых стран, осуществляющих инвестиции в Россию напрямую, а не через офшорные компании. Что касается лиц, нелегально вывозящих капитал, отмывающих незаконно полученные доходы, использующих офшорные компании для уклонения от уплаты налогов, то повышать привлекательность России для таких инвесторов смысла не имеет. Во-первых, они вывозили и будут вывозить капиталы в офшоры просто для укрытия его от внимания налоговых и правоохранительных органов. Во-вторых, и «обратный ввоз» криминального капитала – вещь опасная. Потери, вызванные привлечением таких капиталов (например, вследствие недопоступления налогов и усиления криминализации экономики), могут многократно перевесить возможные выгоды. Не случайно многие страны специально ставят препоны проникновению в их экономики офшорных капиталов.

Актуальность поставленной Президентом России задачи деофшоризации экономики несомненна. По данным Росстата, на конец марта 2013 г. объем накопленных иностранных инвестиций (без банков) в экономике России составил 364,6 млрд. долл. Из них только на три офшорные зоны (Кипр, Нидерланды и Люксембург[x]) приходилось 178,4 млрд. долл. или 49%. В том числе: 67,6 млрд. дол. – прямых инвестиций; 1,6 – портфельных и 109,2 – прочих (в основном это долговые инструменты). А с учетом Великобритании, Ирландии и США, в которых существуют офшорные зоны или допускается существование, по существу, офшорных компаний, доля данной группы возрастает до 64%. Накопленные инвестиции из этих офшорных зон превышают инвестиции из Китая (30,0 млрд. долл.), Германии (22,5 млрд. долл.), Франции (16,2 млрд. долл.) и Японии (10,4 млрд. долл).

Еще более серьезной ситуация выглядит применительно к объему инвестиций из России, накопленных за рубежом. Из общей величины в 158,4 млрд. долл. на четыре лидирующих по объему накопленных инвестиций из России офшорных зоны (Британские Виргинские острова, Кипр, Нидерланды и Люксембург) приходилось 128,4 млрд. долл. или 73%. В том числе: 107,1 млрд. дол. – прямых инвестиций; 7,0 – портфельных и 14,3 – прочих. С учетом Великобритании, США, Австрии и Швейцария доля данной группы возрастает до 86%. И это объемы только по данным организаций, представивших статистическую отчетность, без учета органов денежно-кредитного регулирования и коммерческих банков, что объясняет относительно небольшие величины портфельных и прочих инвестиций (преимущественно долгового характера).

Прямые инвестиции – это вложения в акции предприятий, дающие право на участие в управлении. Сложившееся положение означает, что российское государство не знает, кто в конечном счете (через цепочки офшорных компаний) владеет и управляет российскими предприятиями. Возможно, что это ТНК из развитых стран, а возможно, — и инвесторы из стран, предъявляющих России территориальные претензии. Кроме того, российские предприятия, контролируемые из офшоров неизвестными лицами, могут сами владеть и управлять другими российскими компаниями и т.д. Столь непрозрачная система прав собственности и управления российскими предприятиями став

7 наиболее часто используемых способов бизнеса в РФ приспособиться к реалиям деофшоризации

Деофшоризация в России и в мире вступила в активную фазу еще в 2013 году. Даже еще в первом полугодии 2015 некоторые эксперты говорили о том, что ничего страшного офшорам и иностранным компаниям вместе с владельцами не грозит, а уже с лета 2015 предпринематели начали активно придумать стратегии по защите от этой самой деофшоризации.

Бизнес борется с деофшоризацией

Бизнес борется с деофшоризацией

На самом деле деофшоризация зацепила не только и не столько тех, против кого она вводилась, а это были налоговые уклонисты и выводящие огромные средства из страны, сколько тех, кто ведет международный бизнес и сотрудничает с иностранными коллегами. Любая иностранная компания, даже без налоговых льгот, получила в нагрузку новую отчетность, риски и даже дополнительные выплаты в Госбюджет.

Спустя два с половиной года и внедрения в России закона о КИК, после подписания соглашений по обмену налоговой информацией и первой практики с изменениями в бизнесе, можно подвести итоги и посмотреть, какие стратегии пригодились в деофшоризации. Разумеется, список приблизительный и в будущем он наверняка пополнится. Ведь только обмена налоговой информацией со всеми офшорами мира налоговым органам РФ и не хватает.

Бизнесу приходится приспосабливаться и процесс явно не завершен. Но на сегодня эксперты выделили условно 7 стратегий против законов о деофшоризации и последствий, которые они создали.

Начнем с самых серьезных, требующих множество сил и труда.

1.      Ликвидация иностранных компаний или замена на российские предприятия

Для некоторых бизнесов иностранная структура может оказаться чрезмерно тяжелой для нынешней ситуации: если оставить как есть, налоги, штрафы и требования задушат, а переделывать – дороже, чем получаемые дивиденды. В этой ситуации предприниматели решали полностью отказаться от иностранной компании или пересоздать данную структуру на территории России.

Закон о деофшоризации позволил сделать такой шаг с наименьшими потерями и даже предложил налоговые льготы, чем и воспользовались российские предприниматели.

Выбирая этот способ стоит вспомнить почему Вы когда-то решили воспользоваться иностранными структурами. Стали ли с этого момента лучше защищать права собственности в РФ? Выбирая этот способ стоит задуматься, как-минимум, о защите и диверсификации личных активов. Вы можете начать с подбора иностранного банковского счета вместе со специалистом по международному банкингу.

2.      Перенос резидентства компаний

Если все же иностранная структура важна и выполняет совершенно очевидные функции (как вариант, сотрудничает с иностранными партнерами в рамках английского права), то закон предложил альтернативу. Позволяется объявить компанию налоговым резидентом России, платить налоги в России, но продолжать основную деятельность там, где и раньше.

Даже на словах система не слишком понятна, а на практике оказалась еще более запутанной. Дело в том, что нормативная база появилась лишь в текущем году, спустя год после вступления в силу закона. Но даже существующие правила остаются запутанными, что делает такую систему несколько рискованной. Однако ею пользуются, и мы ждем практического отзыва от пользователей и налоговиков.

3.      Российский холдинг вместо иностранного

Закон о КИК требует платить российские налоги на нераспределенную прибыль. Разумеется, новые поправки добавили исключения в виде активного бизнеса или холдинга с активными бизнесами в связке, но все же реинвестирование прибыли в компанию становилось связано с лишними налоговыми затратами.

В итоге разумным и практическим решением стало создание российского холдинга, который благодаря льготе на дивиденды для юридических лиц, способен принимать в себя иностранную прибыль и затем сразу инвестировать ее обратно. А налоговая ставка в таком случае составляет 0%.

Разумеется, это дополнительные затраты на создание российской структуры, администрирование и т.п., но поскольку речь идет о реальном бизнесе, которому необходимо продолжать работать, решение стало относительно популярным.

4.      Налогово-прозрачный подход

В большинстве стран мира существуют формы бизнеса с так называемой налоговой прозрачностью: когда налоги собираются не с самого предприятия, но с его владельцев. Самый яркий пример – партнерства, где налог с прибыли платят сами партнеры, как физические лица.

Аналогично поступили и владельцы иностранных компаний, переведя часть бизнеса в такую «налогово-прозрачную» форму. Закон такое позволяет, поскольку выгодополучателем считается итоговый бенефициар. Такая схема даже позволила частично сэкономить на налогах за счет существующих соглашений.

Понятно, что данный подход годится далеко не для каждого бизнеса. Если нет, имеет смысл рассмотреть следующую стратегию:

5.      Реальное присутствие в иностранных компаниях

Не секрет, что в свое время было создано огромное количество полуфиктивных оффшорных, оншорных и мидшорных компаний, которые занимались лишь тем, что перекачивали деньги из одной точки планеты в другую или накапливали прибыль без реальной деятельности. Против этого и борется российская деофшоризация, впрочем, как и международная.

Чтобы избежать обвинений в фиктивности, доказать, что компания имеет право претендовать на получаемый доход, необходимо то самое реальное присутствие. По факту, зарубежная компания становилась не кошельком или «Трубопроводом», но реальным бизнесом.

Кто-то для этого объединял несколько ранее существовавших бизнесов, выбирая базой то место, где уже работают сотрудники. Кто-то создавал с нуля новые компании. А кто-то отправлял сотрудников туда, где никогда никого не было, чтобы организовать реальный офис.

Некоторые ограничиваются малым, создавая сайты для оффшоров и нанимая профессиональных директоров непосредственно в юрисдикции.

6.      Дополнительное звено или блокер – оффшорные трасты и фонды

Суть стратегии в том, что между иностранными компаниями и реальным владельцам из России создается дополнительное промежуточное звено, которое разрывает фактическую связь. Проблема здесь в том, что требуется отказаться как от формального владения долями (что легко выполнимо), так и от фактического контроля (что уже сложнее).

Передать имущество в траст или фонд, который напрямую не принадлежит россиянину – идея простая и предсказуемая. Да только по закону требуется отказаться и от непосредственно управления компанией, что нашим предпринимателям очень не нравится. В итоге по задумке конструкция выглядит простой, а вот по реализации – не слишком.

В итоге систему используют, но гораздо меньше, чем предполагалось ранее.

7.      Лидер популярности: смена резидентства для бенефициара

Эта стратегия с первых дней была самой понятной и предсказуемой по результатам. Неудивительно, что многие состоятельные люди действительно решили пойти по этой тропе и переселились в Швейцарию, США и другие страны.

Что в итоге? КИК как таковых не появляется, потому что это определение требует владельца налогового резидента в России. А его уже нет. Чтобы лишиться статуса налогового резидента необходимо пробыть за пределами России более 183 дней за 12 месяцев.

Получить же резидентство в другой стране можно за тот же срок или с помощью специальных налогов, наподобие паушального.

Это самый простой, понятный и популярный метод работать с деофшоризацией. Дополняет этот метод приобретение второго паспорта, ради того, чтобы жить на ПМЖ в западной части мира не только с паспортом РФ, но и с паспортом одной из стран Британского Содружества. Вторые паспорта также широко применяет для тестирования различных стран мира с территориальным налогообложением или низкой налоговой нагрузкой для комфортного проживания и для безвизовых путешествий, которые будут способствовать развитию международного бизнеса. Именно поэтому хайнеты приобретают второе гражданство и паспорт для всех членов семьи. Кроме того, вторые паспорта широко используют для открытия иностранных банковских счетов, особенно в тех банках, где к гражданам РФ относятся насторожено.

Возникли вопросы по стратегиям? Обращайтесь за консультацией: [email protected]

Метки: Бизнес Деофшоризация РФ Трасты И Фонды

В России началась кульминация деофшоризации

Экономика России относительно недавно, но стремительно начала процесс усиления контроля над деятельностью офшорных зон.

Деофшоризация – снижение офшорного фактора в российском бизнесе – уменьшение количества офшоров, используемых российским бизнесом, уменьшение в количественном и стоимостном выражении товарных и денежных потоков, проходящих через офшоры.

В Налоговом Кодексе РФ указана верхняя граница ставки налога на дивиденды — 15% для иностранных организаций, на проценты по предоставленным из-за рубежа кредитам — 20%. Если применять льготы, установленные в рамках соглашений об избежании двойного налогообложения (СИДН), снижение ставки налога на дивиденды возможно до 10% или до 5%.

При расторжении соглашений льготные налоговые ставки уже не будут применяться Договаривающимися сторонами. Данная мера потребует корректировки двухсторонних соглашений с 84 странами. Если страны будут отказываться от повышения ставки налога, то Россия выйдет из них в предусмотренном соглашениями одностороннем порядке.

Наиболее часто используемые офшорные зоны российскими собственниками для структурирования владения российскими компаниями – это Кипр, Нидерланды, Великобритания, Швейцария, Сингапур, Гонконг, Мальта и другие. Больше всего дивидендов перечисляется на счета на Кипре, в Люксембурге, Нидерландах, Ирландии.

Среди юридического сообщества сложилось мнение, что после введенных изменений, будет менее выгодно содержать не только офшоры, а все иностранные компании.

Взимать налог с дивидендов и процентов по повышенной ставке начнут с доходов за 2021 год. Но мера затронет не только тех, кто уводит деньги в офшоры, а и добросовестные компании, например, российские группы с иностранными субхолдингами, которые создавались для инвестиций за рубежом. Рост налога также может снизить инвестиционную привлекательность России для компаний, зарегистрированных в транзитных странах, но не связанных с российским бизнесом.

1 апреля Минфином России было направлено письмо в министерство финансов Кипра о пересмотре действующего соглашения об избежании двойного налогообложения (СИДН), в котором Российская Федерация предлагает изменить соглашение в части налогообложения доходов в виде дивидендов и процентов. Аналогичные письма были затем отправлены в Люксембург и на Мальту.

Власти Кипра не предоставили Москве свои предложения по изменению ставок в срок до 15 июня, в связи с этим фактом Россия намерена выйти из действующего соглашения с Кипром об избежании двойного налогообложения (СИДН). Все выплаты в пользу резидентов Кипра из России будут облагаться в соответствии с российским законодательством по налоговым ставкам, закрепленным в Налоговом Кодексе РФ для иностранных компаний. Попасть под перемены могут также российские компании и физлица, которые получают доход с Кипра, поскольку налогообложение этих выплат будет осуществляться по законодательству Кипра, без применения СИДН.

Власти России и Кипра 25 июня начали переговоры по изменениям в соглашение об избежании двойного налогообложения, второй раунд состоялся 2 июля,процесс переговоров пока не доступен для общественности, возможно ведутся работы по согласованию текста поправок.

Для России также важно укрепление координации антиофшорной политики со странами ЕАЭС. Сложилось так, что в условиях образования общего экономического пространства в ЕАЭС и усиления налогового соперничества в его рамках, прежде всего со стороны Казахстана и Беларуси, наметилась линия направленности к формальному перетоку российского бизнеса в эти юрисдикции, что приводит к потере бюджетных доходов. Тем более что по закону о КИК компании, зарегистрированные в других странах ЕАЭС, не являются иностранными контролируемыми компаниями.

Таким образом, политика деофшоризации России начала приносить намеченные результаты. Она в целом соответствует тенденциям антиофшорной политики мирового сообщества, с которым Россия постепенно развивает сотрудничество в данной сфере. Однако процесс деофшоризации экономики в России находится в начальной стадии. И для его дальнейшего прогресса потребуется приложить существенные усилия, связанные как с улучшением внутреннего законодательства и, в частности, практики его применения, так и выстраиванием реального международного взаимодействия в этой области.

ВЗГЛЯД / Россия мучительно деофшоризирует себя :: Автор Глеб Простаков

На днях Минфин России выдал два противоречивых сообщения. Первое говорит о том, что повышение ставки налогов на выводимые в офшорные юрисдикции дивиденды с нуля до 13%, о чем говорил в своем обращении в марте Владимир Путин, не произойдет одномоментно. Бизнес пролоббировал солидный переходный период перед повышением ставки по дивидендам, фактическим получателем которых являются российские физические и юридические лица. Таким образом, еще больше трех лет мера, которая была изначально преподнесена как антикризисная, действовать не будет. Оказалось, что и срочности-то особой нет.

Второе сообщение явно стало отражением дискуссии, развернувшейся вокруг описанной выше новости. Наряду с отсрочкой для бизнеса, который получил возможность и дальше беспрепятственно выводить капиталы из России, Минфин объявил о денонсации соглашения об избежании двойного налогообложения с Кипром. Последний, между прочим, является самой популярной «белой» налоговой гаванью у российского бизнеса, да и бизнесов со всего постсоветского пространства.

Означает ли денонсация соглашения с Кипром перевод его в «черный» список офшоров со всеми вытекающими последствиями (с 2021 года «черные» офшоры лишаются всех налоговых преференций в РФ), или за отменой одного соглашения последует заключение другого, пока до конца не ясно. Очевидно одно: новая волна деофшоризации российской экономики сопряжена с настоящей войной внутри органов власти, принимающих соответствующие решения при активном воздействии на них крупного бизнеса.

Чтобы понять, насколько серьезной является проблема, приведу один пример. В 2009–2012 годах мне довелось работать с украинским политиком Сергеем Тигипко. На президентских выборах 2010 года он получил почетное третье место и 13% голосов, которые конвертировал в вице-премьерскую должность. Так вот, одним из программных пунктов Тигипко была денонсация соглашения Украины с Кипром. Но эта инициатива получила столь мощный отпор со стороны бизнес-лоббистов, что даже крайне популярный на то время политик, облаченный солидной должностью, вынужден был отступиться.

Кипр – излюбленная транзитная юрисдикция, которая позволяет выводить большую часть заработанных сырьевыми частными компаниями денег за рубеж, возвращая на льготных условиях их малую часть для осуществления «инвестиций» – выплаты зарплаты работниками, операционные и прочие мелкие расходы.

Согласно задумке, отмена соглашения с Кипром должна повысить привлекательность российских внутренних «офшоров» на островах Русский в Приморском крае и Октябрьский в Калининградской области.

Однако высока вероятность того, что бизнес использует данную ему отсрочку – как по введению налогов на выводимые за рубеж дивиденды, так и процедуру денонсации соглашения с Кипром, которая может продлиться до конца 2020 года – с одной лишь целью: перейти в новый «белый» офшор, недостатка в которых не наблюдается. Это и Мальта, и Люксембург, и Британские Виргинские острова, и, по странному стечению обстоятельств, Нидерланды, которые, к слову – второе экспортное направление для РФ после Китая (кто-нибудь знает, что вообще туда продается?). Экспорт и импорт в такие страны, как Нидерланды – и вовсе предмет отдельного разговора, ведь часто такие операции фиктивны и служат все той же цели – выводу капитала за рубеж.

Одним закрытием Кипра реальной деофшоризации не добиться. Нужно пройтись по всему списку офшорных юрисдикций, что довольно непросто. Ведь если для Кипра такие страны, как Россия – лакомый кусок, то на многие другие влияния у Москвы куда меньше.

Кстати, сам смысл деофшоризации лежит отнюдь не только в плоскости экономики. В последние годы в США и ЕС был принят целый ряд законов, открывающих информацию о резидентах крупнейших офшорных юрисдикций «для кого надо», а именно – для американских и европейских правоохранительных, судебных органов и, конечно, спецслужб. Этой цели служит и принятый в 2013 году в рамках ОЭСР план по противодействию размыванию налогооблагаемой базы и выводу прибыли из-под налогообложения (BEPS – Base Erosion and Profit Shifting). Налоговые гавани, не выполняющие директивы BEPS, попадают в черный список офшоров Евросоюза и США. Одно из ключевых требований BEPS – открытие реестров бенефициаров.

С теми же намерениями принят и обновленный в 2005 году американский закон о коррупции за рубежом (Foreign Corrupt Practices Act). Закон был принят еще в 1972 году после Уотергейтского скандала. В 1998-м в него внесены изменения в соответствии с принятой годом ранее Конвенцией ОЭСР по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при осуществлении международных коммерческих сделок. Именно тогда он де-факто и стал экстерриториальным: под его действие подпадали неамериканские компании, торгующиеся на американских фондовых биржах, осуществляющие деятельность в США или выступающие от имени американских компаний. Аналогичные законы принимаются в Британии (UK Bribery Act 2010 году) и других ведущих государствах.

Таким образом, весь крупный бизнес, будь то российский, украинский или казахстанский, работающий с такими «белыми» офшорами, фактически находится под колпаком у западных компетентных органов. Офшоры позволяют скрывать информацию об операциях только от страны, чьими гражданами и налоговыми резидентами являются реальные владельцы компании. При этом они полностью прозрачны для спецслужб государств Запада, которые могут использовать эту информацию в своих интересах. «Каких?» – спросите вы. Да хотя бы и для организации очередного майдана в очередной падкой на офшоры стране с высоким уровнем бегства капиталов. Ведь именно так все произошло с Украиной в 2013-м – достаточно просто внимательнее присмотреться к активности местных олигархов накануне известных событий.

Как показывают последние новости, пока российская деофшоризация продвигается крайне неуверенно – шаг вперед, шаг в сторону. И все же за этими процессами видна политическая воля президента, который выступает главным драйвером изменений, в которых нуждается как российская экономика, так и российская же национальная безопасность в самом широком смысле.

Деофшоризация в России

«Из Лондона или из Германии, где 50 процентов подоходный налог, идут в офшоры за дешевыми налогами, конечно. А мы идем не за этим. Мы идем за юрисдикцией этих стран и за кредитами, потому что налоги и у нас дешевые. А вот кредиты и юрисдикция — у нас вообще их нет», — поделился своим мнением в эфире Pravda.Ru депутат Госдумы Евгений Федоров.

— Евгений, можно ли сказать, что крах банковской системы Кипра заставил российский бизнес задуматься о сохранности средств в офшорах?

— С Кипром, конечно, неприятность, но бизнесмены знают, что на Кипре кредит — 3,5 процентов сейчас для инвестиций, а в России 20 процентов. Поэтому это не вопрос доверия, это вопрос системы. То есть если Кипр имеет доступ к системе дешевого кредитования, он автоматически транслирует доступ на инвестиционные проекты, при этом он доверие-то, может, и потерял, а система работает. При этом там могут в любой момент отнять. В чем доверие? Что вы боитесь, что у вас один раз отняли ваши капиталы, а потом еще раз отнимут. Еще раз отнимут на Кипре, но кредиты от этого дороже не будут, потому что система работает дешевого кредитования — относительно нас дешевого.

Читайте материалы по этой теме в специальном сюжете «Офшоры vs президент: кто кого поборет»

— Какие еще страны привлекают наших бизнесменов в качестве офшоров?

 — Давайте мы будем говорить об офшорах, как о всем, что за рубежами Российской Федерации, и за пределами так называемых развивающихся стран. Развивающиеся страны — это новый термин. Раньше назывались колонии, сейчас называются развивающиеся, вот как от Украины 43 пункт соглашения требует… Майдан же чего хочет? Почему мы говорим, что Майдан — это интервенция и пятая колонна? Не потому, что они там возмущаются Януковичем, а потому что они требуют подписать бумагу, где написано — 43 пункт — Украина признает себя недоразвитым государством и дальше пункты: мы обязаны выполнять приказы немцев, мы обязаны отчислять им дань и так далее. Вот, что написано в соглашении.

Читайте также: «Офшоры — пережиток колониальной экономики»

У нас та же история, прописанная в Конституции. Мы признаем себя внешне управляемым государством, и все, что не касается колониального, развивающегося мира (а развивающийся мир по американской транскрипции — это процентов 80 мира), все, что не в этих 80 процентах, а в оставшихся двадцати — и есть офшоры. Путин об этом говорил во время пресс-конференции. То есть и Лондон — это офшор, это же система эксплуатации, допустим, те же Виргинские острова — это просто механизмы, с помощью которых тот же Лондон и тот же Вашингтон управляет бизнесом в России или бизнесом в Индии, или в других колониях.

Читайте также: Деофшоризацию в России тормозит МВФ?

— А что такое офшоры в международном понимании, не в российском?

— В международном понимании, офшор — это особая зона, с особым режимом налогообложения. Там налоги меньше. Например, на Виргинских островах налогообложение 0,1. Там специфические налоги — они очень небольшие. Но это, если хотите, маскировка, потому что в офшоры российский бизнес идет не за дешевыми налогами. Из Лондона или из Германии, где 50 процентов подоходный налог, идут в офшоры за дешевыми налогами, конечно. А мы идем не за этим. Мы идем за юрисдикцией этих стран и за кредитами, потому что налоги и у нас дешевые. А вот кредиты и юрисдикция — у нас вообще их нет, то есть с точки зрения инвестиций они отсутствуют. То есть вы не можете доверять российской правовой системе, созданной замминистра обороны США в принципе.

— Но ведь офшоры как механизм скрытия доходов использует не только российский бизнес, не так ли?

— Естественно, там есть элементы коррупции, это само собой, потому что там скрытая информация. Но если для нас какие-то элементы скрыты, то для американцев они открытые. Американским властям Виргинские острова показывают все до копейки, что у кого и где лежит, это для нас скрытые. Это мы у Виргинских островов не можем запросить, скажем, кто является частично владельцем акций Газпрома, например, или искали когда аэропорт Домодедово… А американцам они сразу эту информацию выдают. Даже Швейцария по соглашению с Соединенными Штатами информирует о собственниках.

Читайте также: Борьба с офшорами: кому выгодно бездействие?

— Но это совершенно недавно же началось, да? США очень долго добивались от швейцарских банков раскрытия информации от собственников?

— Но они добились же? Поскольку американцы сказали, что они удовлетворены, значит, все выкладывают, что им надо. Нет, наверное, они же тоже не гонятся за каждым, им надо в целом систему знать. Если они контролируют 90 процентов капитала в Швейцарии по собственнику, им этого достаточно.

 

Юридическая фирма Finance Business Service: оффшорная регистрация, налоговое планирование, юридические услуги

Сама по себе концепция деофшоризации возникла сравнительно недавно и впервые была предложена известным российским экспертом в области налогового права Александром Сергеевичем Захаровым 22 мая. от 2013 года.

Под термином «деофшоризация» принято решение о проведении процесса, состоящего из комплекса мер, который проводится в государственной законодательной, информационной и правоохранительной сферах по сокращению или устранению резидентов под видом иностранных лиц или с использованием иностранных юридических конституции, которые участвуют в народном хозяйственном обороте и преследуют прежде всего незаконные или нечестные цели.

Глобальная деофшоризация произошла на фоне проекта OffshoreLeaks, который представлял Консорциум вместе с S? Ddeutsche Zeitung (SZ) Journalistic Investigations (ICIJ) в 2013 году. Этот проект вызвал огромный общественный скандал и поставил под угрозу конфиденциальность офшорных компаний. Регион зарегистрирован до 2010 года. Журналисты никогда раньше не работали с таким объемом утечки данных. Исследования показали редкий пример того, как глобальная индустрия вместе с юридическими фирмами, различными компаниями и крупнейшими глобальными банками тайно управляет активами богатых и известных людей по всему миру.Это был глобальный деловой мир, который мог существовать только в тени, скрытый от всех взглядов.

Различные предприятия стремились защитить свои компании от врагов и набегов; кто-то, чтобы сохранить свою конфиденциальность или добиться оптимизации налогообложения, кто-то создал совместное предприятие с иностранным партнером или для ведения благотворительной деятельности, но большинство услуг по регистрации оффшорных компаний — это те, кто просто хочет уйти от налогообложения и таким образом сэкономить налоги. Это коснулось не только политиков, знаменитостей или предпринимателей, но и неуплаты налогов, а скандал привлек внимание мировых брендов, таких как Google, Apple или Starbucks.

Конечно, многие правительства под пристальным вниманием общественности немедленно отреагировали на это. С таким беспокоящим беззаконием умы деофшоризация — единственный способ борьбы с минимизацией налогообложения. В настоящее время ведется ожесточенная борьба с офшорными компаниями и ужесточение правил регистрации и подачи документов в налоговые органы.

Будем надеяться, что, начиная с 2017 года, заработает автоматический обмен информацией в соответствии с общепринятыми стандартами (Common Reporting Standards), что позволит финансовым учреждениям собирать информацию о налоговом статусе Компании и бенефициарах всех своих клиентов, и вступает в силу требование о предоставлении отчетности в налоговые органы и для транснациональных компаний.

Для бизнесменов, использующих офшорные компании, будут разработаны новые критерии, которые будут оцениваться по их статусу резидента, и практически не будет использоваться торговля.

У предпринимателей еще есть время подготовить свои корпоративные структуры к автоматическому обмену. Мы надеемся, что в будущем будут требовать от отчитывающихся компаний из юрисдикций, которые в случае чего не будут бояться раскрытия информации и легко смогут подтвердить свой налоговый статус. Несмотря на то, что виновных достаточно сложно привлечь к ответственности, полностью устранить или запретить оффшоры маловероятно и даже если это необходимо, разумнее создать такие условия ведения бизнеса, при которых у резидента не возникает желания выводить свои деньги и они не будут бояться хранить свою собственность в своей стране.

Мы верим только в законный, честный и добросовестный бизнес.

.

Деофшоризация компаний и бизнеса: что такое деофшоризация

Сама по себе концепция деофшоризации возникла сравнительно недавно и впервые была предложена известным российским экспертом в области налогового права Александром Сергеевичем Захаровым 22 мая 2013 года.

Под термином «деофшоризация» принято решение о проведении процесса, состоящего из комплекса мер, который включает в себя государственные законодательные, информационные и правоохранительные области для сокращения или устранения жителей под прикрытием иностранных лиц или с использованием иностранной правовой конституции, которые участвуют в народном хозяйственном обороте и преследует прежде всего незаконные или нечестные цели.

Глобальная деофшоризация произошла на фоне проекта Offshore Leaks, который представлял Консорциум вместе с Süddeutsche Zeitung (SZ) Journalistic Investigations (ICIJ) в 2013 году. Этот проект вызвал огромный скандал в обществе и поставил под угрозу конфиденциальность офшорных компаний. зарегистрирован до 2010 года. Журналисты никогда ранее не работали с таким огромным объемом утечки данных. Исследования показали редкий пример того, как глобальная индустрия вместе с юридическими фирмами, различными компаниями и крупнейшими глобальными банками тайно управляет активами богатых и известных людей по всему миру.Это был глобальный деловой мир, который мог существовать только в тени, скрытый от всех взглядов.

Различные предприятия стремились защитить свои компании от врагов и набегов; кто-то, чтобы сохранить свою конфиденциальность или добиться оптимизации налогообложения, кто-то создал совместное предприятие с иностранным партнером или для ведения благотворительной деятельности, но большинство услуг по регистрации оффшорных компаний — это те, кто просто хочет уйти от налогообложения и таким образом сэкономить налоги. Это коснулось не только политиков, знаменитостей или предпринимателей, но и неуплаты налогов, а скандал привлек внимание мировых брендов, таких как Google, Apple или Starbucks.

Конечно, многие правительства под пристальным вниманием общественности немедленно отреагировали на это. С таким беспокоящим беззаконием умы деофшоризация — единственный способ борьбы с минимизацией налогообложения. В настоящее время ведется ожесточенная борьба с офшорными компаниями и ужесточение правил регистрации и подачи документов в налоговые органы.

Будем надеяться, что, начиная с 2017 года, заработает автоматический обмен информацией в соответствии с принятыми общими стандартами (Common Reporting Standards), что позволит финансовым учреждениям собирать информацию о налоговом статусе Компании и бенефициарах всех своих клиентов, и вступает в силу требование о предоставлении отчетности в налоговые органы и для транснациональных компаний.

Для бизнесменов, использующих офшорные компании, будут разработаны новые критерии, которые будут оцениваться по их статусу резидента, и практически не будет использоваться торговля.

У предпринимателей еще есть время подготовить свои корпоративные структуры к автоматическому обмену. Мы надеемся, что в будущем будут требовать от отчитывающихся компаний из юрисдикций, которые в случае чего не будут бояться раскрытия информации и легко смогут подтвердить свой налоговый статус. Несмотря на то, что виновных достаточно сложно привлечь к ответственности, полностью устранить или запретить оффшоры маловероятно и даже если это необходимо, разумнее создать такие условия ведения бизнеса, при которых у резидента не возникает желания выводить свои деньги и они не будут бояться хранить свою собственность в своей стране.

Мы верим только в законный, честный и добросовестный бизнес.

.

Деофшоризация: вопросы и ответы | Law & Trust International

Что такое контролируемая иностранная компания?

КИК — иностранная организация или иностранная структура без образования юридического лица, которая также не признается налоговым резидентом Российской Федерации и контролируется организациями и / или физическими лицами, признанными налоговыми резидентами Российской Федерации.

Кто такой контролирующий?

Кого можно считать контролирующим лицом?

Контролирующим лицом иностранной организации является физическое или юридическое лицо, доля которого в организации составляет более 25% или более 10%, если доля всех налоговых резидентов России в уставном капитале превышает 50%.При определении доли участия также необходимо помнить о взаимозависимости лиц, доли которых суммируются для определения окончательной стоимости (ст. 25.13 Налогового кодекса РФ). Согласно Закону взаимозависимыми лицами являются супруг (а) и несовершеннолетние дети.

Как рассчитывается прибыль КИК?

— Учитывается при определении налоговой базы, если ее размер превысил 10 000 000 рублей
— Уменьшается на сумму, выплаченную в качестве дивидендов
— Если прибыль КИК направлена ​​на увеличение уставного капитала, такая прибыль не учитывается при определении налоговой базы налогоплательщика — контролирующего лица
— Зачет налога, рассчитанного в отношении той же прибыли в иностранном государстве

Что такое действующая иностранная компания?

Это компания, в структуре выручки которой не более 20% так называемого «пассивного» дохода, такого как дивиденды, процентный доход по долговым обязательствам / облигациям любого вида, доход от использования прав на интеллектуальную собственность. и другие.Сложно представить себе компанию, которая не получает прибыль из списка «пассивных» доходов, особенно с учетом последнего пункта — «Прочие аналогичные доходы».

Что такое активная иностранная холдинговая компания?

Чтобы быть признанной активной холдинговой компанией, должны быть выполнены следующие условия:

— это иностранная организация, в которой доля прямого участия российской организации, контролирующего лица, в уставном капитале составляет не менее 75% в течение не менее 365 календарных дней подряд;
— доход отсутствует или доля пассивного дохода (без учета «активных» дивидендов) составляет не более 5%;
— прямое участие в активных компаниях не менее 50% в течение не менее 365 календарных дней подряд;
— не внесен в «черный список» Минфина (приказ №108н от 13 ноября 2007 г.).

В каких случаях собственнику компании будет выгодно признать КИК налоговым резидентом РФ?

Допустим, клиент использует иностранную компанию не в налоговых целях, а чисто в технических целях: расчеты с контрагентами, несвоевременная репатриация выручки, упрощение документооборота и т. Д. То есть есть компании, которые практически не имеют прибыли, но они играют важную роль в группе.Возможно, в этом случае было бы целесообразно признать компанию налоговым резидентом РФ.

Какие здесь ограничения?

Артикул 246.2:

— Налоговыми резидентами Российской Федерации для целей Налогового кодекса Российской Федерации являются … иностранные организации, местом управления которых является Российская Федерация, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации по вопросам налогообложения.
— Если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации по вопросам налогообложения, а также настоящей статьей, иностранная организация, имеющая постоянное местонахождение в иностранном государстве и осуществляющая деятельность в Российской Федерации через обособленное дочернее предприятие или филиал, может самостоятельно признать себя налоговым резидентом Российской Федерации.
— При этом указанная организация обязана обеспечить наличие в отдельном дочернем предприятии или филиале на территории Российской Федерации документов, служащих основанием для исчисления и уплаты соответствующих налогов.
— В случае самостоятельного признания иностранной организацией себя налоговым резидентом Российской Федерации при соблюдении иностранной организацией положений Налогового кодекса и иных нормативных правовых актов Российской Федерации в отношении налоговых резидентов Российской Федерации. Федерация, указанная иностранная организация не признана КИК.

.

Деофшоризация в России | Law & Trust International

Деофшоризация в России. Закон о КИК

18 ноября Государственная Дума РФ приняла Закон «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации (в части налогообложения прибыли контролируемых иностранных компаний и доходов иностранных организаций)» в второе и третье чтение, и хотя в названии и тексте закона нет слова «деофшоризация», но на самом деле новый закон, следуя примеру законов многих других стран, в том числе США, направлен при уменьшении оттока капитала и зачислении его в бюджет.

Пока что резидентам России не запрещено регистрировать компании в офшорных юрисдикциях, но использование офшорной компании для уплаты налогов по заниженной ставке, которую предлагают такие юрисдикции, становится намного сложнее.

На самом деле деофшоризация — это обычная мировая тенденция, и в условиях санкций, падения рубля и цен на нефть кажется логичным принятие такого закона, который направил бы денежные потоки в бюджет. По предварительным расчетам, благодаря новому закону в бюджет в течение года может поступить до 5-6 миллиардов долларов.

Однако есть и другая сторона. В нынешних условиях оттока иностранных инвестиций и падения курса национальной валюты дополнительное налоговое бремя, как минимум, станет тормозом для экономического роста, и некоторые компании не смогут быть прибыльными после уплаты всех новых налоговых обязательств.

Сразу после принятия закона Минфин объявил, что к весне рассмотрит варианты смягчения закона, но пока стоит ориентироваться на существующий текст, поскольку неизвестно, когда эти обещания будут выполнены. и будут ли они выполнены вообще.

Новый закон вступит в силу с 1 января 2015 года и обязывает декларировать доходы физических и юридических лиц, контролирующих иностранные компании, в фискальных органах. Минимальный размер прибыли на 2015 год установлен в размере 50 млн рублей, но со временем этот порог будет ниже — 30 млн рублей в 2016 году и 10 млн рублей после 2017 года.

Аналогичным образом, закон вводит такие новые понятия, как «Контролирующее лицо» и «Контролируемая иностранная компания». Контролирующим лицом является гражданин, который вместе с супругами и несовершеннолетними детьми владеет более 50% капитала компании, а также гражданин, который вместе с супругами и несовершеннолетними детьми владеет более 10% капитала компании, более половины. принадлежат налоговым резидентам РФ.

Аналогичные правила применяются к юридическим лицам, которые участвуют в капитале иностранных компаний. С 2016 года доля контролирующего лица в иностранной компании снизится с 50% до 25%. Что касается понятия контролируемой иностранной компании, то это означает организацию или структуру без образования юридического лица, которая сама не является налоговым резидентом Российской Федерации, но контролируется ими.

Исходя из вышеизложенного следует, что если за вас зарегистрировано 50% собственности иностранной компании (вместе с супругами и несовершеннолетними детьми), либо 10% компании, более половины которой принадлежит резидентам России Федерации, то необходимо подать информацию об этом в налоговые органы.

Если гражданин решит не сообщать в налоговый орган о наличии контрольного пакета акций иностранной компании, новым законом предлагается наложить штраф в размере 100 тысяч рублей на каждую компанию. И все это в дополнение к существующей уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов, которой также будет подлежать нарушитель.

Кстати, цифры необходимо приводить, чтобы дать возможность понять масштаб вопроса: в офшорных юрисдикциях около 36 триллионов долларов активов.Это соответствует общей стоимости всех долларовых резервов всех мировых центральных банков.

Это больше, чем общий ВВП США и Китая. Российских денег не больше триллиона, и хотя по масштабам общей суммы активов это не так много, но для России эта сумма значительна.

После ознакомления с нововведениями, первая мысль, конечно же, может быть: как фискальные органы будут получать информацию о нерезидентах, ведь закон РФ может обязывать своих граждан подавать информацию, а в отношении иностранных юрисдикций — нельзя обязать раскрыть всех бенефициарных владельцев и акционеров?

С одной стороны, это невозможно, но в октябре в Берлине состоялся 7-й Глобальный форум по прозрачности и обмену информацией для налоговых целей, на котором представители 51 страны подписали соглашение, предусматривающее ежегодный автоматический обмен данными о нерезидентах. аккаунтов, и Россия объявила о своем намерении получить доступ к этому соглашению.

Таким образом, информация будет предоставляться даже по запросу, но автоматически.

Кроме того, уже заключены международные соглашения о сотрудничестве по гражданским и уголовным делам с большим количеством стран (Латвия, Литва, Эстония, Венгрия, Кипр, Франция и др.), В рамках которых происходит обмен информация в области противодействия нарушениям налогового законодательства.

Более того, обмен информацией о бенефициарных владельцах между государствами может происходить по принципу взаимности, и простая утечка информации может обеспечить фискальные органы всем необходимым.Поэтому не стоит надеяться, что простое игнорирование требования предоставить информацию в налоговую службу снимет с себя ответственность и дополнительную налоговую нагрузку.

Однако всегда существовали способы обойти любое, даже самое строгое, законодательство на протяжении всей истории борьбы с офшорами или попытки скрыть возможность использования других юрисдикций для вывода капитала или минимизации налогов, и этот случай не является исключением.

Новый закон оказался неожиданно выгодным для компаний, оказывающих услуги по получению второго паспорта.Предлагают регистрировать все компании-нерезиденты со вторым паспортом (Сент-Китс, Гренада, Доминика и др.), Но поскольку стоимость такого паспорта начинается от 500000 долларов, мы даже не останавливаемся на этом варианте, так как он Странно предлагать решение, которое может стоить больше, чем мы хотим избежать использования этого решения.

Конечно, на данном этапе не существует единого универсального способа обойти последствия нового закона, который подходил бы для любой деятельности в любой юрисдикции, не зря многие специалисты работали над законом в попытке отрубить от всех старых алгоритмов.Но выход есть всегда, даже из самых сложных ситуаций, хотя теперь каждый конкретный случай нужно рассматривать отдельно, чтобы найти индивидуальное решение.

Для таких целей существуют юридические компании, которые предоставляют услуги по регистрации, обслуживанию иностранных компаний и налоговому планированию, и, рассмотрев каждый индивидуальный случай, они смогут найти правильное и правильное решение.

В результате следует отметить, что оффшорные юрисдикции существуют уже много лет и правила регулирования их деятельности и раскрытия информации постоянно меняются и дополняются, поскольку ни одна страна не желает допускать денежных потоков в налоговые убежища, где они могут не прослеживается, но всегда есть способы приспособиться к новым правилам.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.